Суббота, 18.11.2017
Леонид Герасимов
Меню сайта
Форма входа
Леонид Герасимов
 



Парашютная вышка


В шестидесятых годах в кинотеатрах города шёл фильм «Когда деревья были большими». Леонид Куравлёв делал первые шаги в отечественном кинематографе. Нам, детворе, тоже все деревья казались большими. За гостиницей «Украина» в то время был замечательный местный аттракцион – парашютная вышка. Многие смельчаки с семьями приходили туда испытать свою силу воли. Жены сидели на травке, дети резвились, играя в «ловушки». Отцы семейств горделиво шествовали по вышке вверх и вверх, выше и выше, иногда представляя себя космонавтами. Улица Гагарина только что получила своё гордое название. На улице Пушкина красовался недавно установленный бюст первому космонавту. Добравшись до самого верха, космические мечтатели покорно на площадке ожидали своей очереди. Внизу знакомая речка, Архивный мост, тополя, вдали Свято-Троицкий кафедральный собор, строящаяся телевышка. У всех одна новость – полёт Юрия Гагарина и встреча с ним на заводе имени Кирова. Как о многом тогда мечталось. Как много тогда хотелось сделать, построить, покорить.

В будние дни, к зиме, волнения вокруг парашютной вышки постепенно утихали, и она переходила в «моё пользование». От нашего дома до вышки было только перейти брусчатку. Мне только исполнилось 5 лет, но нестерпимо хотелось испытать себя на храбрость. В один зимний, но тёплый день я решился в одиночку подняться на запрещённую детям высоту. Так я смело поднялся на 10 ступенек, но когда увидел, что металлические ступеньки сквозные, оцепенение и страх охватили меня. Ноги не двигались, в животе неприятный холодок. Только тогда я понял, как важно слушаться родителей. На следующий день, взяв из дома коробок со спичками, я решил каждый день к своей «храбрости» прибавлять по одной ступеньке. Считать я мог только до десяти. Чтобы не запутаться и не сбиться со счёта, в пустую коробку «Казбека» каждый день докладывал по одной спичке. Прибавлять каждый день по одной ступеньке было настоящим подвигом, но становилось всё страшнее. Недели две продолжалась эта самоэкзекуция. Я плохо ел, спал какими-то урывками. Мама и бабушка никак не могли понять, что со мной происходит. «Восхождения к небесам» внезапно прекратились, когда при стирке были найдены спички и пустая коробка от папирос. Может быть, тогда воспитывалась воля к преодолению трудностей, житейских невзгод и неурядиц.

Через много лет произошёл аналогичный случай, уже в Греции. Наш парусно-вёсельный корабль только что пристал к острову Лемнос. Одуревшие от гребли и качки, от замкнутого пространства, члены команды были рады любой возможности уединиться и просто побыть в тишине. Когда корабль коснулся песчаного дна, первое, что я сделал, это прыгнул в воду и поплыл к одинокому утёсу. Молниеносно взобравшись на самую вершину, развалился на небольшом пятачке. Метрах в трёхстах, не шелохнувшись, стоял наш корабль. Моя эйфория продолжалась до тех пор, пока случайно не заметил, что я залез на скалу из птичьего помёта. При малейшем прикосновении пальцев камешки рассыпались в труху. С ужасом представил, как меня отсюда будет снимать спасательная экспедиция. Однако это было нереально, а слезать как-то надо. Стал обдумывать прыгнуть со скалы высотой метров тридцать. Обошёл всю верхушку – со всех сторон были или надводные скалы, или немного прикрытые водой. Когда я не знал о хрупкости утёса, забрался на него минуты за две, теперь же… Когда увидел, во что я «влип», спуск продолжался часа полтора. Весь окровавленный, в синяках и кровоподтёках, счастливый, живой, радостно погрузился в тёплые солёные воды. Испытание на «храбрость» закончилось. Впереди была Эйфелева башня…

Клуб завода им. Кирова
Поиск


Счетчик посещений
Copyright MyCorp © 2017